Плейлист

20171002_170749

Неделя о блудном сыне
Нам хорошо известна эта притча, где говорится о том, как у отца было двое детей и старший вместе с ним трудился, соблюдал заповеди и был в любви отца, а младший искал в жизни событий. И в этом поиске, попросив у отца свою часть наследства, ушел в далекую страну, где состояние скоро промотал и стал пасти чужих свиней, чтобы не умереть от голода. Пасти свиней — самая унизительная работа на Ближнем Востоке. Но и эта работа не позволяла ему есть досыта, и он искал даже пищи свиней. И тогда сын решил вернуться к отцу, но не просто потому, что ему нечего есть, что жизнь его стала тягостной, а потому, что понял – он совершил грех, и сердце его заплакало: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих.
Отец принимает сына, дает лучшую одежду, одаряет, и эта часть повествования нам по-человечески очень понятна: любящее сердце радуется, когда к нему возвращается любимый. И посмотрите — это важно, а мы редко на это обращаем внимание: отец издалека увидел, что к нему возвращается гулящий сын. Издалека — это когда, может быть, сын еще и не решил возвращаться. Когда глазами этого не было видно. Отец ждал увидеть своего ребенка, ждал его возвращения — поэтому и увидел, когда тот был еще далеко.
Способность Бога принимать человеческое покаяние такова, что мы еще заплакать не успели, голову склонить не успели, чтобы сказать, что согрешили, а Он уже радуется о том, что мы видим безобразность греха и хотим исправиться. Сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся.
Делая хотя бы малое покаянное движение, мы оживаем и находим самих себя. Мы идем по той дороге, в конце которой нас ждет любящий Отец. Мы не просто оставлены сами на себя в водовороте событий. Мы найдены всякий раз, когда подаем даже слабый сигнал: «Мы здесь, помоги!» И помощь приходит и ощущается действием благодати, которая стирает греховные морщины с лица души и меняет его, заставляет улыбаться и радоваться.

Неделя о Страшном суде
Этот воскресный день Церковь называет Неделей о Страшном суде. Царствие Небесное, как мы слышали от святых отцов и интуитивно ощущаем сами, дает знать о себе проблесками в земном существовании человека. Царствие Небесное проявляется в мире, любви, во взаимопонимании и дружбе, в благом сердце человека.
Так же и Страшный суд отзывается в земной человеческой жизни. Когда человек разъярен, когда он не находит себе места, когда им овладевает уныние, когда он никого не хочет видеть — это все прообразы Страшного суда.
Мы убеждены, что имеем право судить. Это отчасти так. Есть суд земной и земная справедливость, но она лишь в малой степени соотносится со справедливостью небесной, потому что у нас многие важнейшие вещи поставлены с ног на голову. Сегодняшний Апостол — чтение из апостольских посланий — говорит нам: вот, чтобы не смущать других людей, я не буду есть мяса. А наша позиция прямо противоположная: пусть другие не едят мяса, чтобы меня не смущать. Так мы сами закладываем основы суда над нами: имже бо судом судите, судят вам; и в нюже меру мерите, возмерится вам.
И Страшный суд является нам в первую очередь как наше всежизненное, глобальное самоосуждение через осуждение нами других людей. Мы очень приметливы на чужой грех. И словоохотливы, когда дело доходит до его обсуждения. Нас охватывает праведный гнев, если мы видим, что кто-то неверно себя ведет. Все-то мы знаем, кроме одного: Суд бо без милости не сотворшему милости (Иак. 2:13).
И еще одна удивительная особенность человеческого устройства: мы можем миллион раз прочитать у святых отцов или услышать от тех людей, которым мы так или иначе доверяем, слова о необходимости прощать. И они не будут задевать нас. Пока мы сами не упадем в грязнейшую канаву и не взвоем оттуда: «Помогите! Пощадите! Простите! Я не всегда грязен, я стараюсь выкарабкаться», — а нас будут по рукам бить ногами, и показывать на нас пальцем, и смеяться, и проходить мимо. Тогда останется только одно: «Из глубины воззвах к Тебе, Господи!» Наш крик: «Господи, помилуй!» Потому что только Он не наступит ногой на тянущуюся из ямы руку, и не покажет пальцем на изнывающего под бременем своих грехов человека, и не посмеется тому, над кем нужно плакать.
И вот — Страшный суд. Тот, кто был в канаве, может оказаться оправданным, а тот, кто был чисто и аккуратно одет и будто бы блюл себя, — осужденным. И весь суд таков: «Идите от Меня, проклятые, Не желаю вас видеть». И суд этот принадлежит только Богу.
У нас в современном Православии ведется какая-то нелепая дискуссия: в чем состоит разница между суждением и осуждением? И то и другое слова, однокоренные слову «суд». Что такое суждение? Это способность проявить разум. Человек должен всегда проявлять разум — здесь не о чем говорить. Осуждение — это предрешение Суда Божия, и взять его на себя — это значит уже на земле предрешить Суд Божий о себе самом. И тогда очень страшно будет. В евангельском-то чтении страшно слышать: «Идите от меня, проклятые Отца Моего». Насколько же страшнее, когда тебе это скажет Царь. И тогда не к кому и незачем будет уже апеллировать. И ты будешь стоять не среди друзей и врагов, не в столь знакомом тебе человеческом сообществе, а один на один с Царем.
Пощади нас, Боже. Не дай нам осуждения, и Сам нас, за нашу хотя бы попытку прощения других людей, прости.
Протоиерей Александр Абрамов
Из книги «Воскресение Христово видевшее. Беседы на воскресные евангелия. 2017»
На фото: Иллюстрация к евангельской притче учащейся Воскресной школы при храме «Всех скорбящих Радость» с. Чемал Любы Бенца

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Print Friendly
Чемальский вестник
Счетчики
Индекс цитирования. Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru Рейтинг алтайских сайтов
«Узнай о своих долгах»!
Рейтинг@Mail.ru